Позитронно-Электронно-Мюонная Модель (ПЭММ)— Фундаментальный чертеж Вселенной

ПОЗИТРОННО-ЭЛЕКТРОННАЯ МОДЕЛЬ (ПЭММ): ИСТИННЫЙ СМЫСЛ ГЛУБОКО НЕУПРУГОГО РАССЕЯНИЯ

Свойства электрона и позитрона

В Позитронно-Электронно-Мюонной Модели (ПЭММ) электрон динамически меняет свои линейные размеры в зависимости от внутренней квантовой плотности и внешнего давления окружающих полей:

• В гамма-частице: размер составляет менее 0,025 фм. Внутри неё полностью отсутствуют кванты полей, так как все они были принудительно испущены при её первичном образовании.
• В свободном состоянии: размер равен примерно 0,833 фм, что определяется балансом сил внутреннего квантового давления лептона.
• В нейтроне: линейный размер возрастает до порядка 8,4 фм. Данный объем складывается из действия внутреннего квантового давления и физического объема Керна нуклона.

Масса и элементарный электрический заряд электрона остаются неизменными на ускорителях частиц. Однако в процессе разгона фундаментально меняется количество удерживаемых квантов внутри электрона (емкость его квантовой энергии), что влечет за собой пропорциональное изменение его суммарной массы и квантовой плотности. Высокоэнергетический электрон, оказавшись вне контура ускорителя, быстро теряет массу и, соответственно, скорость, так как изолированный лептон физически не способен долго удерживать экстремально высокое внутреннее квантовое давление.

При столкновении электрона-снаряда с протоном-мишенью ключевыми физическими факторами выступают его мгновенная скорость, масса и полная кинетическая энергия:

1. При относительно малой скорости столкновения с Керном протона электрон плавно пропускает Керн через себя, обволакивая его аналогично структуре нейтрона. Однако стабильного образования нейтрона в данном режиме не происходит, поскольку у системы отсутствует достаточная квантовая энергия, и это динамическое состояние неустойчиво.
2. При больших (околосветовых) скоростях электрон больше не может пропустить Керн через свою структуру и наносит по нему прямой механический удар. Протон обладает колоссально прочной кристаллической структурой, но и она имеет предел прочности своих внутренних связей. В результате жесткого высокоэнергетического удара 4 передних нейтральных мюона механически отрываются от протонного куба, Керн частично разрушается с выбиванием свободных гамма-частиц, а часть гамма-частиц за счет поглощения квантовой энергии налетающего электрона мгновенно образует новые позитронно-электронные пары.

Энергетический барьер: Почему Хофштадтер и SLAC увидели «разный» протон

Кажущееся противоречие между результатами классических экспериментов Роберта Хофштадтера и последующими данными Стэнфордского линейного ускорительного центра (SLAC) кроется исключительно в величине кинетической энергии разгона электронов. Начальный импульс электрона определяет предельную глубину его проникновения внутрь кубической структуры нуклона и механическую силу физического удара.

Режим Хофштадтера: Энергия до 250 МэВ (Сканирование внешней оболочки)

В экспериментах Роберта Хофштадтера зондирующие электроны обладали относительно невысокой кинетической энергией. Такого импульса электрону-снаряду хватало лишь на то, чтобы деликатно «прощупать» самые внешние пространственные границы нуклона:

• Нейтральные мюоны в вершинах протонного куба свободно пропускали легкий электрон через себя, после чего он натыкался на внутренний Керн из 94 гамма-частиц, который жестко отталкивал его назад, не имея при этом собственного чистого электрического заряда.
• Энергии удара категорически не хватало для того, чтобы пробить мюонный фасад или деформировать внутреннее ядро. При столь малой плотности квантовой материи внутри электрона он проходил практически прямо через протон, мягко обволакивая Керн.
• Из-за этого Хофштадтер зафиксировал на графиках плавный спад плотности заряда на периферии нуклона (~0,74–0,80 фм) и смазанный центральный максимум. Протон ошибочно показался академической науке «рыхлым сферическим облаком».

Режим SLAC (DIS): Энергия от 4 до 20 ГэВ (Механический раскол ядра протона)

В Стэнфордском ускорителе в экспериментах по глубоко неупругому рассеянию (DIS) энергию электронов подняли в десятки раз — до миллиардов электронвольт (ГэВ). На этих скоростях электрон превратился в сверхжесткий, ультракомпактный и массивный снаряд:

• Обладая колоссальной скоростью и экстремально высокой плотностью внутренней квантовой материи, электрон с легкостью преодолел внешнее защитное поле мюонного куба, прошил оболочку нуклона насквозь и напрямую врезался в сверхплотный октаэдрический Керн.
• Прямой удар пришелся по жестким, монолитным гамма-частицам-диполям, из которых собран Керн, и по позитрону, удерживающемуся в самом геометрическом центре заряда.
• Именно поэтому в экспериментах SLAC электроны начали упруго отскакивать под огромными углами. Экспериментаторы официально заявили, что увидели внутри нуклона жесткие «точечные объекты» (партоны/кварки), которые в реальности ПЭММ оказались элементарными монолитными компонентами протонного ядра.

Экспериментальное удержание медленных нейтронов внутри объемов

В рамках субатомной кристаллографии ПЭММ находит свое прямое физическое подтверждение фундаментальное открытие, внесенное в Государственный реестр открытий СССР под № 171. Академик Я. Б. Зельдович, член-корреспондент АН СССР Ф. Л. Шапиро, а также В. И. Лущиков, Ю. Н. Покотиловский и А. В. Стрелков экспериментально установили неизвестное ранее явление удержания ультрахолодных нейтронов внутри замкнутых объемов, стенки которых обеспечивают полное внутреннее отражение.

Традиционным источником свободных нейтронов служат ядерные реакторы, где они образуются в ходе цепной реакции деления. Свободные нейтроны нестабильны (за тысячу секунд половина из них распадается) и легко пронизывают любое вещество насквозь. Однако особо медленные (ультрахолодные) нейтроны, движущиеся со скоростями менее нескольких метров в секунду, удается поймать в ловушку. Они обладают свойством полностью отражаться от поверхностей стекла, меди и графита.

Объяснение эффекта в ПЭММ:
В Позитронно-Электронно-Мюонной Модели это явление объясняется наличием субэлектронного дефекта заряда центрального позитрона в протоне. Из-за микроскопической асимметрии полей нейтрон обладает ничтожно малым, чистым отрицательным зарядом величиной минус 10⁻¹⁰e. При падении скорости до ультрахолодного режима этой микроскопической электростатики становится достаточно, чтобы нейтрон начал механически отталкиваться от электронных оболочек атомов стенок сосуда, совершая полное внутреннее отражение вместо сквозного пролета.

Эксперимент, проведенный в Объединенном институте ядерных исследований в Дубне, доказал, что медленные нейтроны способны течь по кривым трубкам (в то время как быстрые пронизывают стенки на первом повороте), что позволило впервые в мире наполнить ультрахолодными нейтронами медные, графитовые и стеклянные ловушки. Наличие внутри нейтрона положительного заряда ближе к центру и отрицательного на периферии, а также его вращение порождают магнитный момент. Определение симметрии зарядов вдоль оси вращения (электрического дипольного момента) с помощью ультрахолодных ловушек способно окончательно перевернуть современные представления о природе вещей.

Итог для субатомной кристаллографии

Роберт Хофштадтер увидел закрытую коробку протонного куба снаружи, в то время как эксперименты SLAC на огромной скорости разбили эту коробку вдребезги и наткнулись на её внутреннее содержимое. Разница зафиксированных результатов — это не свидетельство «вероятностных размазанных кварков», а прямое экспериментальное доказательство того, что при достижении определенного энергетического барьера электрон начинает напрямую взаимодействовать со следующим, более глубоким, плотным и дискретным уровнем материальной структуры нуклона.